С. И. Ожегов

О НОРМАХ СЛОВОУПОТРЕБЛЕНИЯ [1]

(Ожегов С. И. Лексикология. Лексикография. Культура речи. - М., 1974. - С. 285-291)


 
В социалистическом обществе, когда широкие массы овладевают всеми сокровищами национальной культуры, в том числе и литературным языком, вопросы культуры речи приобретают первостепенное значение. Новый строй общественной жизни содействует развитию новых форм речевого общения, невиданному прежде развитию публичной, общественной речи. Общественная деятельность, пресса, литература, радио, телевидение, звуковое кино стали достоянием широких масс, вошли в быт советского человека. Вполне понятно поэтому стремление к тому, чтобы речь как средство общения была образцовой, правильной, точной и выразительной, чтобы не было в ней всего того, что мешает общению и обедняет язык. А таких недостатков в современной русской устной и письменной речи немало.
Первое место среди ревнителей русского слова всегда занимали писатели. Достаточно вспомнить многочисленные выступления М. Горького о культуре художественной и разговорной речи или страстные призывы Ф. Гладкова в борьбе за культуру речи. За последнее время появились книги Л. Успенского ("Слово о словах. Ты и твое имя". Л., 1962), Б. Тимофеева ("Правильно ли мы говорим?" Изд. 2. Л., 1963), А. Югова ("Судьба родного слова". М., 1962), статьи в газетах, которые с разных позиций оценивают состояние современной устной и письменной речи. Особенный интерес читателей вызвала книга К. И. Чуковского "Живой как жизнь" (изд. 2. М., 1963). И это понятно: страстность писателя-публициста сочетается в этой книге с мудрой объективностью в оценке развития современного языка.
В наших газетах и журналах, в радиопередачах, особенно в последние годы, широко обсуждаются вопросы культуры речи, подвергаются осуждению отклонения от норм литературного языка, неправильности устной и письменной речи, неряшливое отношение к родному языку. Выступления печати полезны тем, что привлекают внимание общественности к языку. Но не всегда обсуждение бывает плодотворным. Очень часто в оценку тех или иных явлений языка привносятся личные вкусы, личные языковые привычки. Одно и то же языковое явление может получать прямо противоположные оценки. Так обстоит, например, дело с оценкой иностранных заимствованных слов в русском языке. Одни, борясь за чистоту русского языка, требуют изгнать все новые заимствования. Другие, наоборот, стоят за внедрение иностранных слов, так как это, по их мнению, облегчает интернациональные связи. Обычно люди старшего поколения крепко держатся за языковые привычки своего времени, видят идеал правильности языка в прошлом, а современный язык представляется им обедненным, насыщенным всякого рода ошибками, неправильностями, Это порождает так называемый пуризм - стремление из консервативиых побуждений оградить язык от всяких новшеств, сохранить его в полной "чистоте" и неизменном виде. И наоборот, люди молодых поколений готовы иногда с легкостью отказаться от выразительных средств прошлого.
Вопросы культуры речи нельзя решать на почве личных, субъективных оценок явлений языка. Язык всегда движется, развивается вместе с развитием общества. Потому правильная, объективная оценка современного состояния русского языка и его норм должна опираться не на сумму субъективных мнений, а на анализ исторических закономерностей и современных тенденций развития языка. В советском обществе русский литературный язык стал языком новой, народной, советской интеллигенции. Нормами литературного языка новая интеллигенция овладевала не пассивно, а активно, привнося в них народные языковые навыки и создавая новые способы выражения для обозначения новых жизненных явлений для обслуживания новых общественных потребностей. Конечно, этот процесс шел не гладко, возникали трудности и при создании новых средств выражения, и при приспособлении старых средств к новым речевым условиям. Здесь была почва и для возникновения разного рода отрицательных явлений - ошибок, неправильностей, речевых штампов. Только учитывая все современные условия существования русского литературного языка можно прийти к правильной оценке языковых явлений, к решению многих вопросов культуры речи.
Что такое высокая культура речи? Высокая культура речи - это умение правильно, точно и выразительно передавать свои мысли средствами языка. Правильной речью называется та, в которой соблюдаются нормы современного литературного языка. Нормы языка - это общепринятые в общественно-речевой практике (в художественной литературе, в речи образованных людей, в сценической речи, на радио и т. п.) правила произношения-, грамматики и словоупотребления. Но высокая культура речи заключается не только в следовании нормам языка. Она заключается еще и в умении найти не только точное средство для выражении своей мысли, но и наиболее доходчивое (т. е. наиболее выразительное) и наиболее уместное (т. е, самое подходящее для данного случая и, следовательно, стилистически оправданное).
В понятие культуры речи, языковой нормы каждая историческая эпоха вносит свое содержание. К современному русскому литературному языку, к оценке его норм и стилистических категорий нельзя подходить с позиций тех оценок, которые существовали в 30-х гг. и которые наиболее полно были отражены в "Толковом словаре русского языка" под редакцией Д. Н. Ушакова. Дело в том, что к началу 60-х гг. советское общество прошло почти полустолетний путь развития. За это время в новых социальных условиях изменились взаимоотношения между различными формами национального языка. Значительно сократилась сфера действия народных русских говоров - местных крестьянских диалектов. Возросла роль различных форм городской речи, развивавшейся на почве сложных взаимоотношений диалектов и литературного языка. Возникла, таким образом, разговорно-обиходная речь не как социально ограниченное просторечие, а как одна из влиятельных форм национального языка, форма живого общения. Немало элементов разговорно-обиходной речи, лексических и грамматических, слились с нормами литературного языка; иные являются достоянием только живого общения, а в литературно-нормированной речи служат лишь средством стилистического выражения; наконец, многие элементы, широко функционируя в живой речи, остаются за пределами литературно-нормированной речи, вступая иногда в противоречие с ней. Таким образом, разговорно-обиходная речь неоднородна по своим функциям. Неоднородна она и по своему составу, отражая в разной степени и диалектную почву, и профессиональную речь, и жаргонную речь, и традиции старого дореволюционного городского просторечия. В своих рекомендациях словарь стремится характеризовать современное состояние литературной нормы, исходить из анализа современных взаимоотношений, сложившихся в национальном языке.
Настоящий словарь посвящен одному из самых существенных элементов культуры речи - словоупотребению. Трудности словоупотребления многообразны. Они могут быть и результатом самых простых нарушений нормы, нарушений традиционно принятого литературного потребления, и результатом неудачного употребления слова для выражения новых отношений, и результатом соблюдения тонкостей словоупотребления, обусловленных стилистическим богатством русского литературного языка. В словарь включены наиболее типичные случаи.
Так, например, многообразие словообразовательных средств русского языка очень часто вызывает смешение в употреблении однокоренных слов, близких по значению и по сфере употребления, но разных по образованию: с разными приставками, с разными суффиксами и т. п. Между тем способ образования слова в русском языке обычно определяет и его конкретное значение. Поэтому можно ли не различать войти и взойти, прикурить и закурить, невинный и неповинный, нетерпимый и нестерпимый, бережный и бережливый, горделивый и гордый, вздох и вдох, застройка и постройка и т. п.?
Наряду с этим происходит смешение близких по сфере употребления, но разных по значению слов: педагог - учитель, профессия - специальность, положение - состояние и т. п. Особенно распространено смешение в употреблении слов, обозначающих смежные явления: отдыхать вместо спать, брать вместо покупать, давать вместо продавать, с желанием вместо с охотой, охотно и т. п.
В русском языке богатая синонимика. Но сплошь и рядом вместо конкретных и точных для определенного случая слов, подходящих именно для данного случая синонимов употребляются одни и те же излюбленные слова, создающие речевой стандарт (см. употребление таких слов и выражений, как организовать, поначалу, к примеру, внедрить, звучание, по вопросу, в деле, по линии, в части, иметься, совершать и т. п.). Иногда это приводит к совершенно неуместному употреблению слов, лишенных в данных речевых условиях определенного конкретного значения (см. такие слова, как абсолютно, автоматически и т. п.).
Слова имеют обычно определенные границы сочетаемости с другими словами. Расширение этих границ нарушает точность и правильность речи, принятые нормы слововоупотребления (см. в словаре такие слова, как завсегдатай, повадка, обморозить, обсуждать, размещаться).
Особенно важно стилистически правильное употребление слов. Из нарушений стилистических норм бросаются в глаза главным образом случаи неуместного употребления стилистически окрашенных слов в нейтральных контекстах: книжно-канцелярское проживать (вместо жить), книжно-канцелярское произрастать (вместо расти), книжно-поэтическое поведать (вместо рассказать), официальное супруг (вместо муж), официальное вручить (вместо дать, преподнести), книжное трудиться (вместо работать) и т. п.
Многочисленны и многообразны ошибки в использовании так называемых просторечных слов, слов обиходной речи. Одни из них противоречат литературной норме (например, вперед вместо сначала, обратно вместо опять, подать вместо дать, заиметь вместо получить и т. п) Другие являются синонимами к литературным словам, не оправдываемыми стилистической необходимостью (ср. например, пошив вместо шитье, заслушать вместо выслушать, прослушать; подослать вместо прислать, заполучить вместо получить и т. п.).
Многие случаи погрешностей речи связаны с забвением значения слов (ср. деверь, шурин, именины), неправильным употреблением заимствованных слов (ср. титул, кавалькада, приоритет, инцидент, будировать), употреблением иностранных слов без надобности в тех случаях, когда уместнее употребить русские синонимы (ср. корректив, дефект, гидрофобный и т. п.).
Возможности сочетаемости слов связаны с развитием языка, с изменениями значения слов. Поэтому здесь больше всего обнаруживаются трудности употребления. Особенно обращают на себя внимание всякого рода тавтологические сочетания слов (т. е. сочетания слов, значения которых в основном совпадают), не соответствующие нормам литературного словоупотребления (ср. житница зерна, дезорганизатор порядка, своя автобиография, прейскурант цен, хронометраж времени, вздернутый кверху, промышленная индустрия, очень громадный и т. п.).
К числу особенных трудностей относится употребление устойчивых словосочетаний, фразеологических единиц. Происходят разнообразные случаи видоизменения, разрушения фразеологизмов (ср. пока суть да дело вместо пока суд да дело, играть главную скрипку вместо играть первую скрипку, тратить нервы вместо портить нервы, в большинстве вместо в большинстве случаев или в большинстве своем и мн. др.), их контаминации, то есть неправомерного совмещения в одном сочетании двух близких по значению сочетаний (например, играть значение - из играть роль и иметь значение, тратить нервы - из тратить силы и трепать нервы и т. п.).
В словарь включены многие случаи нарушений нормы в управлении слов (см., например, касаться, оплатить и т. п.), а также некоторые предлоги, ошибочное употребление которых может быть связано или с явлениями лексико-стилистического характера (см. через, для, из) или с неправильным управлением (см. благодаря, согласно).
Кроме того, в словаре комментируются и мнимые неправильности - неверные, но весьма распространенные оценки различных слов и оборотов (см., например, боевитый, волнительный, котиться, одинарный, учеба и др.).
Эта книга - справочное пособие по употреблению отдельных слов и выражений. Весь материал расположен в алфавитном порядке отдельных слов, а фразеологические единицы помещаются по алфавиту опорных слов выражения. Для удобства пользования на все слова, входящие в устойчивые сочетания, а также на слова, рассматриваемые внутри статей, в книге даны отсылки (например: большая половина - см. половина, риск - см. смелый риск; вовнутрь - см. внутрь и т. п.).
Помочь правильно и точно пользоваться словарными средствами русской речи - основная задача книги. В ней содержится около 600 словарных статей, посвященных наиболее типичным случаям трудностей современного словоупотребления. Основным материалом этой книги явились наблюдения над словоупотреблением в центральных и периферийных газетах, журналах и альманахах, в художественной литературе, в научно-популярных изданиях (всего около 200 названий) и в живой разговорной речи последних лет.
 

Примечания

1. Предисловие к кн.: Правильность русской речи. Словарь-справочник. М., "Наука", 1965.